Авторизация
 
  • 01:17 – Биатлон гонка преследования женщины 10 12 2016 результаты, кто победил, смотреть онлайн 
  • 01:16 – Очень караочен 10 12 16 с Бузовой: Арбузова и бриллиантик в детстве, почему поменяла цвет волос, успех в сольной карьере, за что ненавидят и откровенные фото 
  • 01:16 – «Битва экстрасенсов» 10.12.16, смотреть онлайн: новая серия не для слабонервных 
  • 01:16 – Битва экстрасенсов 17 сезон 15 серия от 10 декабря 2016: смотреть эфир от 10.12.2016 - тайны цирка 

Правда о МиГ-29

162.158.79.137

В носовой части МиГ-29 (Fulcrum по натовской классификации), стоящего возле здания национального военно-воздушного и космического разведывательного центра на авиабазе Райт-Патерсон в Огайо, выросло осиное гнездо. Шины на его приподнятых над землей стойками колесах растрескались и порвались. На обтекателе засох птичий помет. Самолет создает впечатление военного трофея, выставленного напоказ как голова на пике. В определенном смысле это и есть трофей, взятый в результате победы в холодной войне. Это один из семнадцати МиГ-29-х, закупленных американским правительством в бывшей советской республике Молдавии в 1997 году. Приобрели самолеты для того, чтобы их не продали Ирану. Та слабая конфедерация, что пришла на смену Советскому Союзу, не имела возможности остановить эту сделку, что стало еще одним актом унижения после распада СССР. «Любое военное ведомство в любой стране серьезно расстроилось бы, получи противник возможность изучать и испытывать его самое современное оружие, — говорит московский историк авиации Сергей Исаев. — Интересно, порадовались бы Белый дом и Пентагон, если бы, например, Мексика попыталась продать Российской Федерации свои вертолеты UH-60L Blackhawk?»

Такое приобретение также дало западным аналитикам, часть из которых работала в мрачном здании этого национального разведцентра, шанс изучить истребитель, на который они смотрели издали на протяжении 20 лет. Когда МиГ-29 впервые появился в 1977 году, он, как и его далекий предок МиГ-15, стал потрясающим откровением: оказывается, Советы догоняют США в области авиационной техники!

Американская разведка впервые узнала о новом советском самолете по спутниковым фотографиям, сделанным в ноябре 1977 года, примерно тогда же, когда истребитель совершил свой первый полет. «Достаточно было взглянуть на его размеры и форму, чтобы понять: Советы проектируют аналог нашего F-16 и F/A-18, говорит Бенджамин Лэмбет (Benjamin Lambeth), написавший в 1999 году книгу Russia’s Air Power in Crisis (Российская военная мощь в кризисный период), а в конце 1970-х годов работавший военным аналитиком в стратегическом исследовательском центре RAND в Санта-Монике, штат Калифорния. — Изо всех многочисленных разведывательных источников и средств сбора электронной и прочей информации американское правительство знало довольно много об этом самолете с самого начала, и нам было ясно, что надо что-то делать». В ВВС начали проектировать стелс-технологии и электронные системы для слежения и нацеливания сразу на несколько самолетов одновременно. В 1981 году руководство военно-воздушных сил выступило с первой официальной заявкой на разработку истребительной техники следующего поколения — перспективного тактического истребителя, который со временем появился и получил название F-22 Raptor.

В последующие годы та разрозненная информация, которая была собрана о МиГ-29, сложилась в более понятную картину, потому что появилась возможность изучить 21 молдавский МиГ. С 20 по 27 октября 1997 года эти МиГи (14 фронтовых истребителей модели «С», шесть моделей «А» постарше и один двухместный самолет модификации «Б») были разобраны в Молдавии и по частям отправлены в национальный разведывательный центр в Дейтон, где их внимательно изучили на объекте по эксплуатации иностранной боевой техники. Что случилось потом — об этом Национальный военно-воздушный и космический разведывательный центр не сообщает. Офицер центра по связям с общественностью Джеймс Лансфорд (James Lunsford) говорит: «Мы не хотим, чтобы наши противники знали, что нам известно ». Возможно, несколько МиГов, которые были в пригодном для полетов состоянии, были отправлены на испытания на базу ВВС Эдвардс в Калифорнию. По крайней мере, один экземпляр оказался в Неваде на авиабазе Неллис. Там его отправили в учебный центр, который летчики называют «зверинцем для молодняка». В центре есть целая выставка военной техники иностранного производства, которая выставлена там для ознакомления с нею молодых разведчиков. Что касается остальных машин и деталей, то данные о них засекречены, за исключением одной первой модели «А», которая попала в национальный музей ВВС США.

Внутри музея его куратор Джефф Даффорд (Jeff Duford) приглашает меня осмотреть галерею холодной войны, расположившуюся почти на четырех тысячах квадратных метрах выставочного пространства. Для начала он показывает мне экспонат «Чекпойнт Чарли». Этот недавно приобретенный тренажер отсека экипажа космического челнока НАСА занимает всю левую часть ангара, вытолкав самолеты в правую, где они стоят как сборная солянка. Там второй МиГ-29 из Огайо стоит нос к носу с непривлекательным штурмовиком Fairchild Republic A-10 по прозвищу Warthog ( бородовочник, уродина, страшилище — прим. перев. ).

Даффорд снимает ленту ограждения, и мы подходим поближе, чтобы осмотреть самолет внимательнее. В отличие от Миг-29, гниющего возле разведцентра, этот экземпляр замечательно восстановлен и нежится в комфорте с климат-контролем, наслаждаясь мягким светом ламп и блестя свежей краской, которая на ощупь как атлас.

Давайте признаем: советские истребители были безобразны, и МиГи едва ли не самые мерзкие на вид. Самолеты МиГ-17 и Миг-19 времен Вьетнамской войны это утилитарная труба с крыльями. Вслед за ними пришли смертоносные МиГ-21, представляющие собой рациональную скульптуру из углов и конуса. Но Миг-29 совсем другой. Эта прекрасная в своей обтекаемости машина напоминает своего двухкилевого современника с плоскими боками F-15 Eagle ничуть не больше, чем балерина из Большого театра боксера с уличного ринга. Когда галерея будет готова, эти две иконы воздушного боя будут выставлены вместе, говорит Даффорд. Либо же Fulcrum будет красоваться на пару со своим более прилизанным соперником F-16. Даффорд вместе с коллегами продумывает план размещения экспонатов таким образом, чтобы МиГ-29 выглядел как достойный противник, каким он и является.

«Нам очень повезло, что мы получили этот самолет, — говорит Даффорд, проводя рукой по правому воздухозаборнику МиГ-29. — Когда он поступил к нам, на нем была краска молдавских ВВС. Сделано все было очень грубо. Когда начались ремонтно-восстановительные работы, работники, зачищая поверхность, надеялись найти бортовые номера (эквивалент серийного номера в ВВС). Во время зачистки отчетливо проступил номер 08».

Узнав номер, Даффорд понял, что этот МиГ не только одна из первых боевых машин данной марки, располагавшихся на базе ВВС в подмосковной Кубинке, но и один из первых самолетов из числа показанных за пределами Советского Союза. «Некоторые детали помогли выяснить его происхождение, — говорит Даффорд, — Пластины для отражения пламени.... Там всего шесть отверстий, и этого говорит о том, что наш самолет — одна из первых моделей». Другой подсказкой стал способ нанесения номеров. В отличие от самолетов ВВС США, где правила по размерам очень жесткие, до миллиметра, «на российских самолетах расстояние между цифрами может быть разное», отмечает Даффорд. Он внимательно изучил снимки МиГ-29, сделанные в 1986 году на авиационной выставке в Финляндии в Куопио-Риссала. «Это как отпечатки пальцев. Посмотрев на расстояние между цифрами и на место их расположения, я убедился, что эта машина выставлялась в Финляндии».

В 1986 году Юкка Хоффрен (Jukka Hoffren) был фотографом в финских ВВС, работавшим на авиабазе в Тиккакоски, где находится финская военно-воздушная академия. Очарованный новым МиГом, Хоффрен отправился на авиашоу в Куопио-Риссала, где должен был состояться международный дебют этой машины. До 1986 года иностранцы видели истребитель только на нечетких спутниковых снимках, опубликованных в журнале Aviation Week & Space Technology. «Все это авиашоу строилось вокруг МиГ-29», — сообщил мне Хоффрен по электронной почте. Советы были заинтересованы в продаже своего нового самолеты финским ВВС, у которых был весьма разнообразный парк машин, возникший по причине сложной политики послевоенной Финляндии, регулировавшейся разными договорами. В составе военно-воздушных сил были и советские МиГ-21 бис, и шведские Saab Draken, и британские Hawk производства British Aerospace. По словам Хоффрена, в сравнении с весьма боеспособным МиГ-21, который был построен в грузинском Тбилиси так, что метод строительства можно назвать «доводкой молотком», новый МиГ был потрясающей машиной. «Если МиГ-21 можно назвать ракетой с крыльями, то МиГ-29 был очень маневренным самолетом в воздушном бою, и казалось, что он ничуть не уступает, а может даже превосходит F-16».

Увидеть не фотографию, а реальную машину, что сделал Хоффрен в Финляндии, было гораздо познавательнее; но самолет можно узнать по-настоящему только в полете. И в декабре 1989 года Лэмбет получил такую возможность. 15 декабря на базе в Кубинке в отвратительных погодных условиях он стал первым западным аналитиком, слетавшим на МиГ-29, а также первым после окончания Второй мировой войны представителем Запада, приглашенным подняться в воздух в советском воздушном пространстве на боевом самолете. (Канадский летчик истребительной авиации летал на МиГе в августе 1989 года на авиашоу в Эбботсфорде.)

Спустя два года после дебюта Миг-29 в Куопио-Риссала Советы показали эту машину в Англии на авиасалоне в Фарнборо, а в 1989 году на авиасалоне в Париже. В то время Лэмбет был старшим аналитиком в исследовательском центре RAND. Раньше он работал специалистом по советской военной технике в ЦРУ, а также гражданским летчиком. Работа Лэмбета в RAND со специализацией на боевом применении тактической авиации дала ему возможность полетать на многих реактивных самолетах с великолепными летно-тактическими характеристиками. В Фарнборо он познакомился с главным летчиком-испытателем КБ Микояна Валерием Меницким, который сопровождал группу пилотов, техников и обслуживающего персонала на первой крупной западной выставке, где участвовал МиГ-29. Они подружились.

«Я много лет писал о советских самолетах, — говорит Лэмбет. — Когда я услышал, что в Фарнборо привезут МиГ-29, я не мог в это поверить. Я даже представить себе не мог, что мне настолько повезет, и я смогу полетать на нем. Это была своеобразная драма холодной войны — человек, работавший в ЦРУ, получает шанс подняться в небо в советском истребителе с красной звездой». Лэмбет сказал Меницкому, что он очень хочет полетать на МиГ-29. «Он не упал со стула от смеха, а сказал, что может быть, это получится». Лэмбет выбрал правильное время: советский руководитель Михаил Горбачев недавно начал проводить политику гласности, а поскольку Советы надеялись на продажу нового истребителя другим странам, они были готовы всячески демонстрировать его возможности и характеристики.

Погода в Кубинке той зимой была отвратительная, поэтому перед вылетом на МиГ-29УБ Меницкий занял переднее кресло, а Лэмбет забрался в заднее. Полет предусматривал совершение ряда маневров, которые Лэмбет за несколько недель до этого выполнял на самолете ВВС национальной гвардии F-15 на авиабазе Хикэм в Гонолулу. Отчет Лэмбета в RAND, опубликованный в 1990 году, стал первым несекретным анализом таинственного прежде истребителя. Лэмбет подчеркнул, что не проходил никакой подготовки в качестве летчика-испытателя или летчика-истребителя, но в своем отчете он подробно описал впечатления от полета в кабине МиГ-29.

Вскоре Запад узнал все о МиГ-29, получив возможность для его эксплуатации. За три месяца до полета Лэмбета в Кубинке в Венгрию по туристическим визам перебрались около 7000 восточных немцев, которые разбили лагерь под Будапештом. 10 сентября 1989 года Венгрия официально открыла свою границу с Австрией, дав беженцам возможность отправиться в Западную Германию. К 1990 году Германия объединилась, а на следующий день после Рождества 1991 года прекратил свое существование Советский Союз.

МиГ-29 был единственным боевым самолетом в вооруженных силах Восточной Германии, который объединенное германское правительство сохранило в составе ВВС. «Немцы оказали неоценимую услугу, — говорит историк из военно-воздушного и космического разведывательного центра Роб Янг (Rob Young). — Они рассказали нам о МиГ-29 больше, чем мы могли узнать где бы то ни было. У нас по программе обмена бывали майоры и подполковники. Это было похоже на МиГ-15 в том, что с ним мы создавали модели и проводили имитационные эксперименты еще задолго до того, как сумели получить эту машину». Во время войны в Корее Центр воздушной технической разведки, ставший предшественником национального военно-воздушного и космического разведывательного центра на авиабазе Райт-Патерсон, получил детали потерпевшего аварию МиГ-15 и исследовал обломки, чтобы как можно больше узнать о характеристиках этого изменившего расклад сил МиГа. Летчики-испытатели ВВС США смогли полетать на таком самолете после того, как в сентябре 1953 года дезертировал один северокорейский летчик.

В 1991 году у бывшей Восточной Германии было 29 машин МиГ-29, базировавшихся в Прешене неподалеку от польской границы. Когда пал Железный занавес, летчики и техники Западной Германии начали проводить оценку своих бывших противников, пытаясь понять, можно ли ввести их в состав новых ВВС Германии. В конечном итоге они начали программу обучения, в которой летчики бывшей Восточной Германии выступали в качестве инструкторов.

Были отобраны лучшие из лучших молодых западногерманских лейтенантов и капитанов для переучивания на МиГи. В последующие годы 73-е крыло истребительной авиации, которое было переброшено в Лааге на балтийское побережье, забросали просьбами ВВС и ВМС западных стран, желавшие полетать в учебном бою против МиГ-29.

Петер Стайнигер (Peter Steiniger) был летчиком-истребителем ВВС Западной Германии и выпускником престижных курсов по совместной подготовке пилотов реактивной авиации Европы-НАТО на базе ВВС Шеппард, штат Техас. Вернувшись в Германию, он летал на F-4F, которые были экспортным вариантом легендарных «Фантомов» компании McDonnell Douglas, находившихся в строю в немецких ВВС вплоть до 2013 года. Когда он в 1986 году был лейтенантом, ему и его товарищам показали спутниковые снимки отрезвляющей новой советской разработки. Но не прошло и пяти лет после объединения, как он оказался в сюрреалистических обстоятельствах, порожденных замысловатыми изгибами истории: Стайнигер не только стал хорошо подготовленным пилотом МиГ-29, но и офицером оперативного отдела 73-го крыла, координирующим программу обменов. «Например, — говорит Стайнигер, — я ставлю молодого, взволнованного и перевозбужденного летчика F-16 в пару с пилотом бывших ВВС ГДР. Они поднимаются в небо и совершают несколько элементарных маневров, принятых в истребительной авиации. У нас были сотни таких вылетов, и тысячи уроков во время разборов полетов с коллегами с западных самолетов, которые слушали нас и смотрели наши видеозаписи...в основном с изумлением».

Летчики с многочисленных самолетов-противников МиГ-29, самоуверенно вызывавшие нас на соревнование и подначивавшие нас словами «а ну-ка, покажите, на что вы способны» (среди них такие самолеты как F-14 Tomcat и F/A-18 Hornet ВМС США), были посрамлены и зачастую фигурально в кровь разбивали свои носы уже после первого столкновения с 29-м. «Имея определенный опыт, ты мог превзойти в маневрировании любой реактивный самолет, даже F-16 и Hornet с большим углом атаки, — говорит Стайнигер. — Прекрасная конструкция в сочетании с одним видом бортового вооружения превращала самолет в настоящего убийцу: речь идет о ракете Archer AA-11 ( название ракеты Р-73 в натовской классификации — прим. перев. )». Это ракета с тепловой системой самонаведения, обладающая замечательными характеристиками и большей дальностью, чем американская Sidewinder. «Простой монокулярный объектив перед правым глазом позволял мне наводить самонаводящуюся головку на цель под очень большим углом». Способность МиГ-29 захватывать цель на автоматическое сопровождение даже тогда, когда его нос был повернут в сторону от нее, заставила «прослезиться очень многих», говорит Стайнигер.

Но хотя в ближнем воздушном бою МиГ-29 был хорош, западные летчики вскоре обнаружили в нем несколько недостатков. Бывший пилот F-16 Майк Дженш (Mike Jaensch), учившийся в школе вооружений ВВС и служивший в ПВО, в 1994 году вернулся на действительную военную службу после того, как его уволили из американских авиалиний. Хорошо владеющий немецким языком Дженш получил место в составе группы летчиков, отправившихся в 1998 году по обмену в Лааге в эскадрилью, где были МиГи. Дженш буквально влюбился в этот самолет, в его мощь и маневренность, но испытывал определенные сложности с бортовой РЛС и вспомогательными системами. «Советская система взглядов был такова, что летчик в основе своей это исполнительный механизм ручки управления, — говорит он. — Самолет очень сильно отличался от того, к чему привыкли мы. Бортовой электроники был самый минимум. Такая система взглядов также означала, что Советам не нужно было передавать информацию летчику». Поскольку системы МиГа не могли передавать пилоту информацию о сложном боевом пространстве, боевые полеты на машине были запрещены. В 1998 году силы НАТО думали о том, чтобы направить МиГи из Лааге в Косово, но отказались от этой идеи. Операторам бортовой системы дальнего радиолокационного обнаружения и предупреждения (АВАКС) пришлось бы уделять особое и отдельное внимание МиГам. «АВАКС выдает информацию трем-шести самолетам на боевом патрулировании, но для нас пришлось бы передавать дополнительную информацию, — говорит Дженш. — Мы решили, что в итоге будем больше мешать, нежели помогать». Кроме того, у сербов тоже были МиГ-29, в связи с чем опознавание «свой-чужой» в воздухе было бы затруднено.

В 1996 году Фред Клифтон (Fred Clifton) стал первым в рамках программы обмена пилотом МиГ-29, прикомандированным к 73-му крылу. Этот выпускник школы вооружений ВВС, служивший на F-16, а также налетавший тысячи часов на F-15, F-5 и МиГ-29, подходит к характеристикам русского самолета трезво и холодно, как аналитик. «Это великолепная машина [в плане совершения элементарных маневров], — говори он. — Но из четырех истребителей, на которых я летал, этот самый непослушный и трудный в управлении». До того, как стать пилотом МиГ-29, Клифтон получил свое первое инструкторское назначение, став летчиком «самолета противника» и летая на F-5 по программе интенсивного обучения опытных летчиков, оттачивавших навыки боевых действий против известных угроз, в том числе, против МиГ-29. По прибытии в 73-е крыло он получил уникальную возможность подвергнуть критической проверке учебную программу, по которой занимались летчики в США. «Я получил шанс понять, насколько правильно я вел подготовку пилотов как летчик противника, — говорит он. — Многое из того, что нам дала разведка, оказалось верным». Да, МиГ-29 был исключительно боеспособной машиной в воздушном бою, и впечатляла его способность производить пуск ракет под очень большим углом по отношению к направлению полета. (К 2002 году русские утратили это преимущество в наведении, отмечает Фред Клифтон, потому что американцы приняли на вооружение ракету AIM-9X и нашлемную систему целеуказания.) Но у самолета была небольшая емкость топливных баков, а следовательно, дальность полета, тесная кабина со множеством кнопок и переключателей на приборной доске, среднего качества РЛС и низкие показатели в плане универсальности. Его возможности ограничивались тем, что он перехватывал и сбивал цели противника на небольшой дальности от собственного аэродрома. Летчиков восточного блока учили послушно следовать указаниям наземных операторов, а поэтому системы МиГ-29, включая индикатор на лобовом стекле, были разработаны недостаточно хорошо, и пилоты очень слабо владели ситуацией в воздухе.

Пилот гражданских авиалиний Даг Рассел (Doug Russell) в свое время участвовал в программе обмена и летал в составе 73-го крыла. Он и сегодня периодически летает на зарегистрированном как гражданская машина МиГ-29, приобретенном в Киргизии и принадлежащем соучредителю Microsoft Полу Аллену (Paul Allen) (Рассел иногда летает и на других МиГ-29, зарегистрированных в США в Иллинойсе.) Ему нравится этот самолет, но он говорит, что полет на нем похож на выходные в Вегасе: жажды наслаждений хоть отбавляй, а дающего удовлетворение результата мало. «Мы находились в высокой степени готовности и летали с бортовым вооружением, однако это ничего нам не давало, — говорит он о времени, проведенном в люфтваффе. — Парню с Запада было трудно летать на этой машине, потому что у него не было того уровня осведомленности об окружающей обстановке.... Нас никогда не приглашали на танец». Рассел считает, что аналитики НАТО очень интересовались МиГом и настаивали на том, чтобы немцы продолжали летать на нем.

Вскоре после прибытия в 73-е крыло Клифтон узнал, что технические аналитики в США скоро выяснят все оставшиеся секреты МиГ-29. Во время командировки на авиабазу Рамштайн он присутствовал на секретном брифинге, где было сказано, что ВВС США закупают молдавские МиГи. Многие полагали, что ВВС составят эскадрилью из МиГ-29, чтобы они участвовали в подготовке летчиков в качестве самолетов противника. Но к полетам были годны лишь несколько из приобретенных машин. Чтобы поднять в воздух остальные, нужны были большие затраты. Кроме того, было крайне неудобно торговаться с Российской Федерацией из-за запчастей. Поэтому создание эскадрильи «противника» оказалось делом непрактичным.

Питер Стайнигер запустил вебсайт, на котором с энтузиазмом ведет летопись немецких МиГов и делится ощущениями от полетов на них. Там немало поразительных фотографий и хвалебных слов в адрес МиГ-29. Вместе с тем, Стайнигер говорит: «Хотел бы я воевать на таком самолете? Нет. Если не считать ракету Archer AA-11, работа в кабине летчика очень трудоемкая. Владение ситуацией за пределами прямой видимости ограничивается картой». Иными словами, летчику приходится опускать голову, открывать карту и смотреть, где же он оказался.

Некоторые самолеты МиГ-29 по-прежнему подвергаются дальнейшей модернизации: на польские МиГи ставят новые летные компьютеры, навигационную технику и даже радио диапазона СВЧ/УКВ Rockwell Collins. Но остальные ВВС, если не считать небольшое количество бывших советских союзников, после холодной войны не торопятся встать в очередь за покупкой МиГ-29. «После падения Железного занавеса МиГ-29 был брошен на произвол судьбы, — говорит Клифтон. — Новых поставок за рубеж практически нет. Кто его покупает? Да никто». А по поводу целесообразности модернизации этой машины с целью ее превращения в современный компьютеризированный многоцелевой истребитель Клифтон говорит так: «Покупайте F-16. Он экономичнее и лучше».

Сегодня русские предлагают на экспорт новый МиГ, 35-й. Этот самолет более качественный. «С годами русские модифицировали МиГ-29. Они его усовершенствовали, внесли изменения, — говорит Бен Лэмбет. — МиГ-35 похож на МиГ-29, но у него гораздо больше возможностей». Пока он привлек внимание только одного потенциального покупателя: Индии. Согласно имеющейся информации, на вооружение российских ВВС МиГ-35 поступит в 2016 году. Но внимание западных аналитиков, и наверняка составителей учебных программ в школе вооружений ВВС сегодня привлекает продукция иного авиационного конструкторского бюро.

В 2010 году русские выпустили в небо аналог F-22 Raptor. Это машина КБ Сухого, являющаяся потомком Су-27. Т-50 это многоцелевой истребитель, бортовая электроника у которого может соперничать с F-22. Но Лэмбет отмечает, что он все равно отстает от Raptor лет на десять. «У многих есть подозрение, что он будет не такой уж и малозаметный, — говорит он. — У этого самолета есть много таких черт и особенностей, которые будут выдавать его на экране РЛС». Но с расстояния трудно судить о том, как покажет себя Т-50, и будет ли вообще Россия продолжать его разработку. Это новая загадка, и в ближайшее время вряд ли кого-нибудь с Запада пригласят покататься на этой машине, чтобы разгадать ее.

Читать больше на inosmi.ru


КОММЕНТАРИИ:

  • Читаемое
  • Сегодня
  • Комментируют
Мы в соцсетях
  • Twitter