Авторизация
 
  • 23:21 – Коварные игры фильм 2016 смотреть онлайн 
  • 23:21 – Битва экстрасенсов 17 сезон 279 серия 10 12 2016 смотреть онлайн 
  • 23:21 – Танцы 3 сезон 20 выпуск 10.12.2016 смотреть онлайн: серия с детьми порадует телезрителей 
  • 23:21 – ТНТ Битва экстрасенсов, 17 сезон, 15 серия 10.12.2016 смотреть онлайн 

Как Россииская империя управляла Кавказом - Газета РБК

162.158.78.241

Как Россииская империя управляла Кавказом - Газета РБК
Фото: из личного архива


Кавказ для россиискои политики — это многократное повторение проиденного, возвращение к старым проблемам и проверенным методам. Управлять Кавказом всегда значило управлять особым краем по особым правилам.



Кавказская линия: двигающаяся стена



В романе Алисы Ганиевои «Праздничная гора» исполняется заветная мечта русских националистов — Кавказ отделяют от России. Материальным воплощением этого отделения становится стена. Россииская империя тоже ис- пользовала стену на своеи южнои окраине. Но только с ее помощью она не отделяла, а присоединяла Кавказ.



Кавказская линия — сеть крепостеи, редутов, казачьих станиц, опоясывавшая почти весь Северныи Кавказ по рекам Кубани, Малке и Тереку. Эта стена постоянно достраивалась новыми звеньями, проникавшими все глубже на территории традиционного проживания северокавказских народов. Россииская империя возводила Кавказскую линию на протяжении XVIII — первои половины XIX века, вплоть до окончания Кавказскои воины. Изобретя механизм поглощения незнакомых земель, россииская элита наделила его способностью управлять ими.



Узлами управления обычно становились наиболее крупные крепости, входившие в структуру Кавказскои линии. Крепостные начальники Моздока и Кизляра во второи половине XVIII века были важными политическими фигурами: вели переговоры с местным населением от имени россииского престола, принимали в россииское подданство.



Напротив Кавказскои линии возвышалась (и продолжает возвышаться) «стена» повыше — Большои Кавказскии хребет. В 1801 году, после вхождения Вос- точнои Грузии в состав России, туда, на южную сторону хребта, пе- реместился имперскии центр власти на Кавказе. Тифлис (нынешнии Тбилиси) на долгие годы стал столицеи россииского Кавказа.



Парадокс Кавказского наместничества



Не судите о Кавказском крае как об отдельном царстве. Я желаю сливать его всеми возможными мерами с Россиею, чтобы все составляло одно целое» — так император Николаи I определил цель имперскои политики в отношении Кавказа, которая оставалась актуальнои и для его царствующих наследников. Но как достичь этого слияния?



Попытка распространить на южнои окраине деиствие общероссииских губернских законов и порядков привела к страшному конфузу. Реформа, едва проведенная в 1840–1841 годах, вызвала недовольство населения, лишенного привычных правовых устоев и традиции. Преобразования отменили, а вот их автора сенатора Павла Гана на Кавказе еще долго вспоминали как «сановника, накинувшего черную тень на все отрасли управления». Поиск оптимальнои формы слияния Кавказа с Россиеи продолжился.



Следующеи попыткои стало образование в 1845 году Кавказского наместничества — административного института, объединявшего всю территорию края (Северныи Кавказ и Южныи Кав- каз или Закавказье). Кавказскии наместник получил беспримерные служебные права и привилегии. Министры Россиискои империи были лишены возможности направлять деятельность своих ведомств на Кавказе: все нити управления находились в руках наместника. Его полновластие дополнялось правом прямого обращения к самодержцу в обход столичнои бюрократии.



Первым эту завидную должность занял самыи известныи россиискии англоман и «системныи» либерал граф Михаил Воронцов. Кроме формальных полномочии он пользовался и личным доверием Николая I, называвшего своего наместника «единственным человеком для Кавказа».



Исключительность положения Воронцова на Кавказе позволила русскому историку, литературоведу и издателю Петру Бартеневу сравнить власть наместника с могуществом екатерининского фаворита князя Григория Потемкина. Желание слить Кавказ с Россиеи привело к появлению территориального образования с небывалои самостоятельностью. В этом и заключается парадокс Кавказского наместничества.



Трудовые времена: конец и новое начало







Кавказское наместничество было продуктом кризиснои ситуации. Наместники занимались устроиством вверенного им края, но главное — воевали с имаматом Шамиля, утверждая суверенитет державы «белого царя». Ша- миль сложил оружие в 1859 году. Еще спустя пять лет было сломлено сопротивление адыгов Северо-Западного Кавказа. Наместничество обеспечило военную победу и долгожданное «замирение» Кавказа.



Министры, уже давно стесненные в правах, заговорили об оправданности дальнеишего существования наместничества на Кавказе. Но пока дворец наместника в Тифлисе занимал член царскои семьи — великии князь Михаил Николаевич, управлявшии Кавказом в 1862–1881 годах, сомнения не выходили за пределы частных бесед.



Начало царствования Александра III совпало с перемещением Михаила Николаевича с Кавказа в столицу на должность председателя Государственного совета. Наити подходящую кандидатуру в наместники было нелегко. Слишком многое должно было соитись в одном человеке: опытность, знание Кавказа, а важнее всего — доверительные отношения с императором. Переехать в Тифлис предложили военному министру Дмитрию Милютину, ранее возглавлявшему штаб Кавказскои армии, но тот отказался. Судьба наместничества оказалась предрешена. Причинами его упразднения были названы завершение Кавказскои воины, непомерные расходы казны на содержание наместничества и необходимость объединения Кавказа с «существующим строем остальнои части России».







Властных наместников сменили слабосильные главноначальствующие, жаловавшиеся императору на отсутствие полномочии, денег и произвол министров. Эти начальники Кавказа не управляли им, а скорее сторожили неприкосновенность имперскои гегемонии.



Застои в развитии обернулся недовольством населения. Местные чиновники отправляли в Петербург отчаянные послания, в которых уподобляли столь трудно завоеванныи Кавказ бочке с порохом. Трудные времена вернулись.







Возвращение наместника



Ответом империи на очереднои кавказскии вызов стало восстановление наместничества. Случилось это в 1905 году. Главнои заботои Иллариона Воронцова-Дашкова, которыи отправился наместничать в Тифлис, была борьба с пламенем Первои русскои революции, охватившим южную окраину империи. Победы наместника сменялись неудачами. Особыи резонанс имело ограбление кизлярского казначеиства, лихо совершенное легендарным абреком Зелимханом средь бела дня 27 марта 1910 года. К этим привычным для наместника на Кавказе проблемам добавились критические стрелы прессы и давление со стороны депутатов Государственнои думы. Они обвиняли Воронцова-Дашкова и близких ему чиновников в растрате денег и потакании революционерам.



Несмотря на все сложности, наместнику удалось восстановить полныи контроль над ситуациеи в 1913 году, когда лидеры кавказского абречества были истреблены. Продвинуться дальше, поити по пути поступательного развития края Россиискои империи было не суждено. Первая мировая воина превратила все обновительные планы в комплект благих пожелании.



Печальным итогом звучат слова последнего кавказского наместника, великого князя Николая Николаевича, писавшего со смешанным чувством тревоги и удивления Николаю II в 1915 году: «... Нельзя не признать, что за истекшие со времени присоединения Кавказа к Русскои империи десятилетия было уделено чрезвычаино мало внимания этои богатеишеи окраине...».



Управлять Кавказом оказалось едва ли не сложнее, чем присоединять его. Распространение новаторских для Кавказа общероссииских норм вызывало непонимание местного населения. Россииская империя сделала ставку не на институты, а на лица. Это позволило владеть Кавказом, но не сделало его частью Россииского государства.



Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.


КОММЕНТАРИИ:

  • Читаемое
  • Сегодня
  • Комментируют
Мы в соцсетях
  • Twitter