Авторизация
 
  • 11:26 – Танцы на ТНТ 3 сезон от 3 12 2016: необычный концерт и уход сразу 4 танцоров 
  • 11:26 – Лебедев - Гассиев результат боя 3 декабря 2016, смотреть видео онлайн 
  • 11:26 – Лебедев, побывав в нокдауне, уступил титул чемпиона мира Гассиеву 
  • 11:26 – Гигантские волны затопили первые этажи гостиниц в Сочи (ФОТО, ВИДЕО) 

Сестра Бориса Хмельницкого: "В раннем детстве на брата прыгнул петух, и от испуга он стал заикаться"

162.158.79.52

Сестра Бориса Хмельницкого: "В раннем детстве на брата прыгнул петух, и от испуга он стал заикаться" Популярному актеру исполнилось бы 75 лет Бориса Хмельницкого называли лучшим Робин Гудом советского кинематографа. Миллионам зрителей актер запомнился по блестяще сыгранным ролям в фильмах «Стрелы Робин Гуда», «Баллада о доблестном рыцаре Айвенго», «Дикая охота короля Стаха», «В поисках капитана Гранта» и многим другим. А театралы наслаждались его игрой в Театре на Таганке, которому он отдал около двадцати лет жизни. Судьба отмерила Борису Алексеевичу 67 лет. О том, каким человеком был известный актер, «ФАКТАМ» рассказала его сестра композитор Луиза Хмельницкая. *Луиза Хмельницкая: «Мы с братом практически не разлучались. Даже когда Бори не было в Москве, он звонил каждый день» — Луиза Алексеевна, как ваш брат Борис Хмельницкий праздновал дни рождения? — Обычно отмечал их в московском Доме кино, который обожал. Туда приглашал своих друзей. А последние два года собирал их в бильярдном клубе. Он ведь прекрасно играл в бильярд и был лучшим бильярдистом среди актеров. — Какие подарки любил получать? — Помню, как обрадовался, когда ему преподнесли бильярдный кий. Но самое большое удовольствие Боре доставлял приход друзей. Общением с ними он жил. И еще, конечно, большой подарок для актера — получить роль. — Помните свою последнюю встречу с братом? — Мы виделись каждый день. Он заезжал ко мне, а потом обычно ехал играть в бильярд. Мы не разлучались никогда. Даже если брата не было в Москве, он обязательно звонил, спрашивал, как дела. Мы дружны с детства — Боря младше меня на два года. — Знаю, он умер от рака. Долго болел? — Сколько болел, никто не знает. О своем диагнозе Боря и сам не ведал. Узнал о нем за полгода до смерти. Обратился к врачу лишь тогда, когда уже совсем плохо себя почувствовал — до этого боль терпел. Диагноз мне Боря не сказал — не хотел огорчать. Тогда я сама позвонила доктору и спросила, что с братом. Он ответил: «Луиза, поздно…» Боря слег и потихонечку уходил. В конце уже и говорить не мог. Мы собрались возле него — я с дочкой, Борина дочь Дашенька, Маша (Марианна Вертинская — первая жена Бориса Хмельницкого, мать Дарьи. — Авт. ), Настя Вертинская… Жестом Боря попросил сигарету. Маша протянула, и на его лице мы увидели такое блаженство! В этот миг, видимо, он вернулся в свою прежнюю жизнь… А ночью брата не стало. — Говорят, все в жизни Бориса Хмельницкого пошло наперекосяк после того, как он сыграл роль Воланда в спектакле «Мастер и Маргарита». В 1982 году он и из Театра на Таганке ушел, и с женой Марианной Вертинской расстался. — Нет тут никакой мистики. Все было вот как. Воланда Боря и Вениамин Смехов играли в спектакле по очереди. И вот вдруг на одном из генеральных прогонов Юрий Любимов говорит Борису: «Бэмби (так он называл Борю за его доброту), сегодня ты будешь играть — быстро одевайся, потому что придут очень важные люди». А очередь была Вени — он уже был в костюме и ждал своего выхода за кулисами. Брат ответил Любимову: «Юрий Петрович, неудобно ведь». В ответ: «Немедленно одевайся!» Борис категорически отказался — не хотел унизить Веню. А вскоре Любимов снял Хмельницкого с этой роли и перестал давать другие. Спустя год Боря написал заявление об уходе, и Любимов его подписал. Все были потрясены, а брат понимал, что это результат того отказа выйти на сцену. Юрий Петрович считал, что за такие роли артисты должны идти по трупам, но Боря подобного никогда не делал. Потом, правда, Борису еще предоставился случай сыграть в спектакле «Мастер и Маргарита». Хмельницкого обожали в Югославии. И вот уже после того, как брат уволился, театр пригласили на гастроли в эту страну. Но с одним условием — Воланда будет играть Хмельницкий. Боре позвонили из театра. Он поехал. И вот труппа возвращается в Москву поездом. Борис проходит мимо купе, где сидит Юрий Петрович, и слышит: «Бэмби, зайди. Выпьем по рюмочке». Они поговорили. Боря объяснил, почему так тогда поступил. И Любимов предложил снова играть Воланда. Но брат сказал: «Никогда!» — Читала, что Борис Хмельницкий был верующим человеком, молился каждый день, а началось все со знакомства в Киеве с настоятелем Китаевой пустыни отцом Феофилом. — Да, это потрясающая история. Одна Борина знакомая как-то сказала, что его в Киеве ждет… старец. Брат, конечно, удивился, откуда тот вообще о нем знает. Но спустя время поехал в Киево-Печерскую лавру. Шла служба. На ней присутствовали сотни людей. Служба заканчивается, толпа расступается, и вдруг отец Феофил направляется прямо к брату, останавливается и говорит: «Борис, я тебя ждал». И стал рассказывать ему про князя Игоря, хотя фильм-оперу «Князь Игорь» с Борей в главной роли никогда не смотрел. Брат был поражен… К слову, еще одна интересная история произошла, когда картину «Князь Игорь» снимали в Новгород-Северском. Мы с моей маленькой дочкой Катенькой там были, зашли в дом местной жительницы. Вдруг вижу на столе гравюру. А на ней… лицо брата. Я спросила хозяйку, откуда у нее это изображение Бори. А она отвечает: «Так это… князь Игорь». Боря был потрясающе похож на него. Наша прабабушка Феофания, к слову, родилась в Новгород-Северском. Феофил же при встрече сказал Боре: «Я неслучайно все это рассказываю — у тебя корни оттуда». Боря говорит: «Как жалко, что только я ваш рассказ слышу. Снять бы это». И вдруг старец произнес: «Я благославляю». Вернувшись в Москву, брат пошел на телевидение, рассказал о происшедшем, а на следующий день ему дали… съемочную группу. В советское-то время! Так был снят документальный фильм о Феофиле. Потом Боря ездил к старцу несколько раз и даже меня с ним познакомил. — В жизни Бориса Хмельницкого многое связано с Украиной. Вы ведь и в Житомире жили, и во Львове. — Отец наш руководил Домами офицеров. Из Благовещенска в Житомир его перевели в 1950 году. Мне было 12 лет, Боре — 10. Там прожили четыре года. А потом мы переехали во Львов, где я закончила консерваторию, а Боря — музыкальное училище. Как-то к нему приехал товарищ Валера Сомов, который учился в Москве во ВГИКе. После общения с ним Боря захотел стать актером. Но он ведь заикался! В раннем детстве на брата прыгнул петух, которого папа как-то привез домой ночью и посадил в кухне на шкаф. Брат сильно испугался и с тех пор очень заикался. Тем не менее решил ехать в Москву. Первый раз его не приняли. Но Боря решил попытаться и на следующий год. Я помогла подобрать ему отрывки для чтения, в которых было минимум букв, на которых он заикался. Приехали мы в «Щуку» (Щукинское училище. — Авт . ). И Боря поступил! Огромную роль, считаю, в этом сыграл Вольф Мессинг, с которым наша семья была дружна. Перед экзаменом мы приезжали к нему домой. Мессинг сказал Борису: «Не бойся, Вольф Григорьевич всегда с тобой!» Когда вспоминаю об этом, на глаза наворачиваются слезы. Ведь то, что произошло, кажется невероятным. Боря уже сдал несколько экзаменов. Но самым сложным был, разумеется, по технике речи. Пришли на него, а в коридоре — ни души. Секретарь интересуется, кого ищем. Я объясняю, что у брата сегодня экзамен по технике речи. «Ребята, — говорит она, — вы перепутали, этот экзамен был вчера». И тут к нам подходит один из профессоров «Щуки», спрашивает: «Чем-то расстроены?..» Секретарь объяснила, в чем дело. А преподаватель, член приемной комиссии, присутствовавший на всех предыдущих экзаменах, неожиданно произносит: «Очень хороший парень Хмельницкий! Поставьте ему пятерку». Таким образом, Боре экзамен по технике речи сдавать не пришлось. — Действительно, чудо. — Мы тут же побежали на главпочтамт, набрали по телефону Вольфа Григорьевича и слышим в трубку: «Знаю, знаю. Пятерка!» И вот, наконец, объявление результатов. Зачитывают фамилии поступивших. А Бори в списке нет. Мы взялись с ним за руки. И вдруг слышим: «Ах да, вот еще… Борис Хмельницкий». Снова бежим на почту звонить Мессингу. А в трубке его голос: «Все в порядке. Боря, ты принят. Вольф Григорьевич всегда с вами!» Думаю, не будь в нашей жизни встречи с Мессингом, судьба брата могла бы сложиться иначе. — Как Борис попал в Театр на Таганке? — Юрий Любимов преподавал в «Щуке». Борю и Толю Васильева Юрий Петрович заметил, как-то услышав их музыкальные импровизации. Толя играл на гитаре, Боря сидел за роялем. Любимов сказал: «Классно играете! Можете написать зонги (песни, которые „комментируют“ происходящее на сцене. — Авт. )?» И Боря с Толей написали музыку к спектаклю «Добрый человек из Сезуана». Около ста мелодий. В результате Любимов взял их в театр. Однажды Боря пришел и говорит мне: «Ты не представляешь, кто был сегодня в зале!» Оказалось, Шостакович. После спектакля он зашел за кулисы и сказал Боре с Толей: «Гениально!» — Говорят, что Юрий Любимов легкое заикание Хмельницкого не считал большой помехой для реализации актерского таланта. — Я вам расскажу случай. В спектакле «Три сестры» брат играл Вершинина. И однажды из-за заикания вошел в такой ступор, что пришлось закрыть занавес. Боря, конечно, был в шоке. Но Любимов за кулисами его успокоил: «Ну что ты? Вершинин ведь тоже мог заикаться!» И когда занавес открылся снова, Боря доиграл роль без всяких сбоев. Юрий Петрович умел поддержать. — К слову, читала, что от заикания в школьные годы Бориса Хмельницкого лечил киевский профессор. — Это правда. Я с родителями жила в Житомире, а Боря целый год провел в Киеве. Лечил его профессор Деражне, который изобрел корректофон (пациент надевает наушники и не слышит своей речи — только шум, и перестает заикаться). Боре тогда было лет десять. Мама сняла для него комнату возле школы. Договорилась с хозяйкой, которая его кормила. Каждый день после занятий Боря шел делать уроки, а потом отправлялся на лечение к Деражне. Улучшение, конечно, наступило. Но до конца заикание так и не прошло. — У Бориса Хмельницкого в Киеве было много друзей: Леонид Осыка, Иван Миколайчук, Леонид Быков, Иван Гаврилюк… — Да, это так. Дружили и работали. Осыка — первый его режиссер. У него практически не было фильмов без Бори. Когда Леня очень заболел, стал немощным и недвижимым, мы с братом приехали и весь гастрольный гонорар отдали ему. — Борис был обеспеченным человеком? — Одно время Боря вообще оказался без денег. Из театра он ушел, съемок тоже не было. Я тогда работала в ресторане «Серебряный век» в самом центре Москвы художественным руководителем программ. Там хорошо зарабатывала и его поддерживала, так как не хотелось, чтобы из-за отсутствия средств брат чувствовал себя униженным. Купила ему первую машину. Правда, на следующий же день ее украли и так и не нашли. Спустя время вторую купила. Боря машины обожал. В последнее время он получал деньги лишь от концертов. Этого хватало только на жизнь. — А ведь когда-то, в начале 1980-х годов, актер и продюсер Кирк Дуглас, обладатель премии «Оскар», приглашал Бориса Хмельницкого сняться в Голливуде в фильме «Скалолаз» и обещал гонорар почти в миллион долларов. — Да, это было. Но Борю не отпустили. Время-то какое было! — Тем не менее сыгранный им Робин Гуд признан одним из лучших Робин Гудов кинематографа. — Сережа Тарасов, который снимал «Стрелы Робин Гуда», сразу сказал: «Обсуждать, кто будет играть главную роль, не будем, потому что я писал сценарий „на актера“, который в жизни Робин Гуд. Он живет для людей. Это Борис Хмельницкий». — Брат вам снится? — Нет. Если будет сниться — значит, зовет. А позовет — приду. Я без него жить не могу. Читать больше на fakty.ua


КОММЕНТАРИИ:

  • Читаемое
  • Сегодня
  • Комментируют
Мы в соцсетях
  • Twitter