Юмористический рассказ: чем опасны «чёрные пятницы»

Юмористический рассказ: чем опасны «чёрные пятницы»
«Чёрную пятницу» можно ненавидеть за многое: за более высокие ценники, наклеенные поверх обычных, за распродажу бракованных товаров, что всплывает уже после того, как вы с другом затащили этот грёбаный холодильник на седьмой этаж, или хотя бы за продажу действительно качественной и нужной вещи, на которую у тебя даже со скидкой не хватает денег. Это лишний раз напоминает, что где-то в жизни ты свернул не туда, и особенно бесит. Однако история, что случилась со мной, выводит мою ненависть ко всяческого рода акциям на новый уровень, причём так, словно все мои негативные эмоции загрузили вместо экипажа на космический шаттл и запустили его в бесконечный полёт. Но так как обшивка капсулы собиралась из уценённых материалов, то корабль вскоре развалился, и вся содержащаяся там ненависть буквально обрушилась на меня, применив ускорение свободного падения по всем законам физики. В общем, не люблю я эти «Чёрные пятницы».

Началось всё с того, что как раз на одной из таких мега-распродаж я приобрёл обычную на первый взгляд стиральную машинку. Самая простая, белая, собранная в Индонезии, не обременённая кучей кнопок и функций, до использования которых я не то, что не дойду, а скорее всего даже не задумаюсь об их существовании. Не буду травить вас и тратить ваше время на ерунду о том, как здорово стирает стиральная машина, но, как и любая вещь, купленная за полцены, прожила моя новая жительница ванной комнаты отнюдь не долго. Всего через несколько дней аппарат перестал делать из грязных вещей чистые, выдавая мне их ровно такими же, какими я их в него и загружал, только теперь ещё и мокрыми.

Быстренько попытавшись разобраться самостоятельно, с проблемой покончено не было – интернет-поисковики лишь разводили руками, предлагая изучать инструкцию и слушать советы экстрасенсов. Если вы спросите, что гадалки делают на форумах по бытовой технике, то я задам встречный вопрос: что они делают вообще везде? И вполне логичный ответ – ничего. Один из магов в двенадцатом поколении предположил, что поломка вызвана бесом и предрекает потерю денег, после чего посоветовал купить новую стиральную машину. Хитро с его стороны, но я не так прост. Тем более, что денег у меня и не было.

Тогда-то мной и было принято решение самолично вторгнуться во внутреннее пространство сломавшейся машины. На моей стороне были гены дедушки, моего полного тёски Степана Михайловича Котски, бывшего очень умным инженером. Против меня выступало всё остальное. Взвесив все за и против, я решил, что не хочу доламывать технику, но и других вариантов на самом деле не видел. Конечно, кто-то скажет, что можно было бы вызвать мастера. И это резонно. Но если всю жизнь сваливать свои проблемы на кого-то другого, разве тогда ты сможешь попасть в головокружительные приключения? Если не нести ответственность лично за свои покупки по акциям, разве узнаешь дух опасностей? Так я и подумал, доставая со шкафа коробку с инструментами, среди которых нашлось место более чем десяти отвёрткам, одной из которых я впоследствии и вооружился.

Каково было моё удивление, когда под задней крышкой машинки передо мной распростёрлась маленькая индонезийская деревушка. Она раскинулась прямо в центре цветастой долины и состояла из примерно пятидесяти одноэтажных глиняных домиков, небольшой общей залы, служившей для праздничных общественных ужинов, нескольких колодцев, находившихся на пересечении грунтовых пыльных дорог и золотого девятиэтажного кирпичного строения, над которым развивался флаг сочинских олимпийских игр. Откуда такая уверенность в том, что именно сочинских? Да оттуда, что внизу красовалась надпись: «IZ SOCHI OT DUSHI». Скорее всего, здание принадлежало администрации поселения, а может быть даже старосте. Перед зданием администрации расположился фонтан, который, впрочем, в тот момент не работал.

Окружал деревню живописный зелёный лес, среди высоких и лиственных деревьев которого стояло несколько охотничьих хижин. Через всю долину протекала кристально чистая голубая речка. Вытекая из завораживающих своим видом гор, расположившихся справа от восходящего солнца, она пересекала деревню, деля её на две ровные половинки, и была всюду пересечена небольшими деревянными мостиками, по которым весело бегали маленькие индонезийские дети. Вернее, могли бы бегать.

Несмотря на то, что великолепный пейзаж, насыщенность цветов и сама палитра окружающей среды располагали к позитиву, и вообще, складывали атмосферу таким волшебным образом, словно ты попал в мультяшный мир, во всей деревне не было видно ни души. Однако, как я выяснил позже, это впечатление оказалось ложным. Проходя по улицам среди будто затаивших дыхание домиков, я видел наполненные страхом глаза, пялившиеся на меня из нутра каждого строения. Целыми семьями жители скапливались у окон и показывали пальцем в путника, бредущего по их родным дорожкам, но при этом робели и старались не двигаться, стоило им хотя бы заподозрить, что он смотрит на них в ответ.

Первый и единственный житель, не побоявшийся странно одетого скитальца, встретил меня аккурат у неработающего фонтана. На вид ему было около сорока, хотя точно сказать не получится при всём желании: во-первых, я не знаю как состариваются индонезийцы, а во-вторых, большая часть его лица была скрыта за грязной, спутанной бородой. Одет местный житель был в какие-то лохмотья, заменявшие ему одежду. Старая, рваная красная майка явно большего размера, чем он нуждался, шортами – скорее даже бриджами - служили остатки древних замызганных джинсов, а подпоясан мужчина был простой, уже истлевающей верёвкой. Такие рисуют в мультфильмах за несколько мгновений до того, как лопаются все нитки. Назвать мужчину бездомным мешали только новые ярко-синие «нью-бэлэнсы» на босых загорелых ногах.

Как только несчастный меня заметил, он издал странный то ли хрип, то ли визг, и от неожиданности перевалился прямо в фонтан. По крайней мере стало понятно, почему местный не спрятался как остальные – он даже не заметил моего приближения, поскольку был в дупель пьяный. Я же в свою очередь с пониманием отнёсся к бедняку и помог ему выбраться обратно. Разумеется, это был не акт исключительного альтруизма, а всего лишь нужда в информации о том, почему моя одежда не отстирывается.

- Вы меня напугали… Благодарю за помощь, господин, – говорил мужчина на русском, хотя и с лёгким акцентом. – Позвольте представиться: мэр деревни Стиралово, Абдуррахман Сухарто.

На долю секунды я невольно оторопел. Мой взгляд вновь пробежался по внешнему виду мэра, и только остановившись на идеальной обуви, я понял, что в принципе всё сходится. Мы пожали руки. Его кисть была грубой, сильной и всячески выдавала в хозяине рабочего. В этот момент я начал сомневаться в том, что звание мэра что-то сильно меняло в устое местной жизни, поскольку мужчина трудился физически явно не меньше остальных. Разве что, ему разрешалось напиваться прямо во время работы. Хотя это, в свою очередь, говорило о большей силе, нежели у прочих соплеменников, и большем их доверии.

Вообще, меня не сильно интересовало, как маленькая деревушка оказалась внутри стиральной машины. Одним странным местом больше, одним меньше. Я побывал в немалом их количестве, о чём уже не раз писал в своём дневнике, и напишу ещё. Гораздо больше меня интересовало, почему жители перестали работать, хотя я отдал за них немалые деньги, пусть и не полную стоимость.

- Не сердитесь, господин, горе у нас случилось! – Абдуррахман трезвел буквально на глазах. Похоже, что беда, о которой он собирался мне поведать, действительно застала простых работяг врасплох и доставляет им не меньше неудобств и несчастий, чем мне самому. – Понимаете, как у нас тут всё устроено… Каждый раз, когда мы берём вашу стирку, мы несём её к реке. Там замачиваем, и как только всё готово, с небес начинает идти волшебный снег! Прямо огромными хлопьями он падает на ваши вещи и очищает их, после чего нам остаётся лишь ещё раз окунуть их в реку и нести обратно к вам. Но с недавних пор в Южных горах завёлся, как бы это сказать… Дракон. Нет, правда! Самый настоящий мастер подлости. Как только видит, что мы стирку на реку несём, так он свои крылья расправляет и взлетает под самый купол небес, где и пожирает весь магический снег ещё до того, как хотя бы одна снежинка снизойдёт до нас. А потом улетает обратно к себе… с этой своей вонючей ухмылкой, гад паршивый… И мы, честно сказать, не сидели на попах ровно. Двое или трое наших ходили мериться с ним силами. До сих пор лежат, даже встать не могут. Крепкий гад попался. А вчера вот и я сам ходил… Не знаю, как на ногах ещё держусь…

Опять двадцать пять. Если староста действительно схватился с драконом, то можно было понять его теперешнее состояние: от счастья так не напиваются. В своей жизни я лишь единожды встречался с легендарным чудовищем, и это был очень непростой вечер. С тех пор, как я еле-еле одержал над монстром вверх, я зарёкся, что больше никогда не буду с ними связываться. Но в этот раз ящерица перешла все границы, оскорбила меня и моих подданных, а значит, отдавать это на волю случая и ждать, когда всё разрешится само – не вариант. Я по-прежнему был вооружён лишь отвёрткой. Не знал, пригодится ли она, но на всякий случай засунул её в карман своих штанов.

- Покажи мне, где обитает тварь, – мой голос звучал холодно и решительно, хотя я и знал, что если вообще выживу, то в ближайшее время мне будет очень и очень плохо.

- Вряд ли я ещё раз дойду туда. А если и дойду, то уж точно не вернусь. Давайте, я вам лучше карту нарисую, там всё понятно.

Рисовать Абдуррахман не умел.

Линии были кривыми и нечёткими. Пропорции совершенно не соблюдены, а Стиралово оказалось изображено простым, весьма неровным, кругом. Благо, что весь чертёж состоял всего из двух пометок: «деревня» и «логово гниды», а также стрелки, соединяющей их напрямую. Карта оказалась выброшена через сотню метров от крайнего в поселении домика.

Сам путь был довольно простым. Он не пересекал труднопроходимые ландшафты, погода была замечательной, всё вокруг продолжало играть невероятно приятными глазу красками. В лесу пели невидимые птицы, сновали мелкие животные, встречались и крупные. Маршрут вильнул лишь единожды, когда я заметил впереди кладку огромных паучьих яиц. Я шёл разбираться с летающим змеем, а не со своими фобиями, почему было принято решение гигантских насекомых даже не беспокоить. Хотя неизвестно, как долго они бы потом беспокоили меня в ночных кошмарах. В остальном же, это был просто приятный поход по живописной местности.

Так было пока Южные горы не стали действительно огромными. Чем больше они приближались, тем более сжатым казался воздух, спёртым, дышать становилось тяжелее с каждый шагом. В голове уже мутнело, приходили неясные образы и голоса, и почему-то было необъяснимо весело, хотя я прекрасно знаю, что со стороны всё выглядело ужасно.

Вскоре показалась и сама пещера чудища. Она расположилась невысоко, видимо, соблазняя заглянуть в неё случайных путников и рыцарей ищущих геройства. Но изнутри валил такой смрад, что только отчаявшиеся смельчаки могли туда войти. Либо конченные глупцы. Как я уже говорил, мне приходилось иметь дело с огненными поганцами, потому я откровенно причислял себя ко вторым.

В пещере не было видимых источников света, однако темнота совершенно не пыталась наброситься на меня. Чтобы различать дорогу, аккуратно ступать по камням и даже ни разу не споткнуться, зрение не пришлось напрягать вообще. А вот обоняние инстинкт самосохранения отключил от системы от греха подальше, поскольку с каждым шагом дышать в узком проходе становилось всё опаснее. Но по-настоящему задержать дыхание получилось не от запахов, а от красоты открывшейся передо мной картины.
Юмористический рассказ: чем опасны «чёрные пятницы»


В огромной зале пещеры расположился великанский дубовый стол, уставленный золотыми кувшинами с напитками и соблазняющей едой на золотых же тарелках. Во главе стола, раскинувши лапы, сидел огромный дракон, чешуя которого также была покрыта золотом. На подставке перед ним лежал небольшой холмик белоснежного снега, а за его спиной были сложены остальные запасы украденного порошка. Огромные горы внутри гор, которые не только не таяли, но и переливались голубовато-синими оттенками. И вот тут-то мой мозг громко и тяжело выдохнул: я имею дело не просто с драконом. Передо мной восседал герой мифов и легенд, никогда не видимый ранее, но от того не менее настоящий, дракон-наркоман. Который также заметил и меня, мужчину в домашней одежде, застывшего без приглашения на пороге его дома. Битва началась.

- Виски? – голос чудовища громом раскатился внутри горы, эхом отражаясь от каждой встреченной им поверхности. – Или вино? Оно у меня домашнее, ух, аж дух захватывает!

- Не откажусь… Змей.

- Ах да, прошу меня простить, где мои манеры? Называй меня Маркогенбельштрад, или Марк, если тебе так будет угодно.

- Степан Михайлович, - мне никогда не удавались поклоны, и этот получился не более ловким, чем обычно.

- Так что же, Стёпа, пришёл силами помериться? – с широченной ухмылкой, спросил Марк, демонстрируя огромные ряды острых бритв, которые люди наивно называли зубами. Он протянул мне стакан, наполненный до краёв, а затем протянул и свой, чтобы чокнуться.

- За встречу, Марк, - ответил я ему взаимностью. Жижа, налитая в мою тару оказалась приятной и слегка тёплой, оставляя после себя приятно обжигающее горло послевкусие. Похоже ему удалось запастись крайне удачным дистиллятором.

- Стёпка, ты не пойми меня превратно, но ты не первый кто приходит сюда за последние несколько дней. И ещё никто не смог побить меня. Слабоватый нынче люд пошёл. Гранёный стакан залпом осушить уже почти никто не может. Скучно мне стало с вами.

- Поэтому ты окромя выпивки ещё и к стиральному порошку пристрастился?

- А… Это? – Марк лениво кивнул в сторону своих стратегических запасов. – Можно сказать и так. Выпить-то сейчас не с кем. Слабоватый люд пошёл. Гранёный стакан залпом уже почти никто не осиливает…

Что ж, видать мне повезло. Я застал дракона в уже подвыпившем состоянии, что облегчит мне дело на какую-то долю процентов. Похоже он налакался в одиночестве, отчаявшись встретить достойного соперника. Но ты рано сдался, Марк, я уже тут. Ящерица, словно услышав мои мысли, вновь протянула мне полный до краёв стакан жидкости, по внешнему виду напоминающей сильно разведённый кисель.

- А если я тебя всё-таки перепью, - решил не затягивать я, - будет ли мне награда какая? Есть за что побороться? Чего ради мне тебе доказывать, что я не слаб духом и телом? Чего ради мне гранёные стаканы опрокидывать один за одним? Кроме того, что самогон у тебя отменный! – горло вновь обожгло приятной теплотой.

- А как же! Докажешь мне, что есть ещё люди крепкие.

- Нет, нет, нет, Марк… Мне лично, что с того?

- Ах да, людская меркантильность. Давно я не встречал таких наглых тараканов! – Марк вновь поделился со мной напитком. – За самоуверенность! Пусть она будет и будет под контролем!

На этот раз вместе с пойлом, в организм попало что-то ещё. Что-то, что немного замылило взгляд и мысли. Что-то, что подсказало, что этот вечер пройдёт великолепно. Что-то, что сожалело о том, сколько славных вечером можно было провести с драконами, если бы я по своей глупости не отказывался от них. Хороший напиток!

Резко помотав головой, я прогнал неожиданное наваждение. Поганый заметил это и с улыбкой продолжил.

- Что ж, вижу крепок ты, но недостаточно. Впрочем, дам тебе стимул. Да хороший. Если победишь меня – перепьёшь то бишь - развеселишь хорошенько и не заснёшь раньше, чем я – тогда проси, что хочешь!

- Прям так и всё?

- Абсолютно!

- Тогда для начала… подай-ка мне ещё стакан своей волшебной браги!

Гигантский змей засмеялся и вновь наполнил наши чарки. Мы вступили в бой.

Сначала мне казалось, что я делаю это ради невинных жителей деревни, настигнутых бедой и несчастьем ни за что, ни про что. Потом я понял, что в первую очередь это всё для меня и для комфортного существования, для наслаждения цивилизованными аппаратными конструкциями, позволяющими не стирать одежду в реке, а ждать с пивом в руках завершения автоматического процесса. После приблизительно десятой кружки в гостях у Марка стало совершенно очевидно, что всё происходящее со мной творилось исключительно ради веселья и моей охоты погулять. Дракон оказался невероятно интересным собеседником, рассказывавшим необыкновенные истории, начинающиеся обыкновенно с того, что он «как-то раз решил выпить». Был он уже весьма не молод, и на своём веку повидал немало. Чего же только ему не доводилось испытать: и пьяным на велосипеде он катался, и на ходу запрыгивал на мусоровоз и не совсем удачно с него спрыгивал, и приводил в собственный дом заключённых, которых затем невозможно было выгнать, и отбирали с друзьями костюмы у каких-то аниматоров, переодевались и пугали случайных прохожих своим видом. А однажды грабили село, где люди тихо, мирно спали. Говорил, такая громкая новость была, что его племянник, по прозвищу Петля, даже песню об этом написал. В общем, если бы меня и сморило, и мог бы я заснуть, добродушный хозяин пещеры навряд ли бы мне это позволил. Очевидно, что он и сам уже забыл кто я таков, и зачем пожаловал.

Продолжалось это несколько дней. Чудище травило невообразимые байки одну за одной. Примерно через каждые пять его историй, я вставлял и свою. Запасы самогона, казавшиеся неисчерпаемыми, такими казаться и продолжали. Эта битва действительно была равной, пока внезапно Марк не замолчал, остановившись в кульминации очередного воспоминания из своей бурной молодости. Легонько всхрапнув, он повесил голову на грудь. Почувствовав запах долгожданной и весьма нелёгкой победы, я начал было вставать с тяжёлой деревянной табуретки, когда чудовище резко подскочило.

- Куда это ты собрался? – Марк хитро улыбнулся. Его глаза были сощурены, хотя понять хитрость это или опьянение было ровным счётом невозможно. – Мы же ещё только начали!

- Да я просто пройтись хотел. Ноги размять, - ответил я. Если кто-то наблюдал за нами со стороны, то ему было ясно как божий день, что обоим бойцам особенно не помешало бы размять язык.

- Пройтись – это хорошо… Предлагаю выпить парочку кружек на дорожку, – хотя предложение и звучало скорее как приказ, не могу не отметить, что с удовольствием взял в руки протянутую мне кружку с бухлом. И опрокинул её внутрь.

Когда я пришёл в себя, моим глазам предстала картина, которую никак нельзя представить и которую не видели глаза ни одного кинозрителя: огромная, огнедышащая ящерица лежала на полу пещеры, скрючившись, похрапывая и воняя так, словно это был не величественный мифический реликт, а ссаная тряпка под социально не развитым индивидуумом, а из его пасти торчал обрывок белой ткани с видневшейся на ней надписью «HI». Отличное приветствие с утра.

Признаться, мой вид был немногим лучше, а в голове стоял такой шум, будто студенческая рок-группа проводит прослушивания на место барабанщика, и каждый из кандидатов, видя установку впервые, решает, что высшее мастерство – это стучать как можно чаще, громче и бессистемнее. И всё это сопровождается игрой на прочих инструментах, которые никто даже не пытался отстроить. В простонародье это чувство называется «очень хреново». Боль пульсировала в каждом отделе мозга, в каждой его извилине. Складывалось ощущение, что все нейронные сети мозга из высокоскоростных магистралей превратились в сельские бетонные дороги, на которых одновременно разъезжали миллионы тракторов, или даже мотоблоков. Но если вы думаете, что это было самым ужасным в той ситуации, то поверьте, вы ещё никогда не будили пьяную тварюгу, которая, в отличие от пьющей соседки, может сожрать тебя по-настоящему.

Попытавшись растолкать, перевернуть, потянуть, запрыгнуть сверху, покрутить за уши и ещё миллион способов из моей будущей книги «Как разбудить дракона», я пришёл к единственно верному решению. Впервые за всё время я обернулся в сторону наркотических запасов Марка. Взяв горсть белого порошка, я с трудом залез на брюхо монстра, добрался до нижней челюсти и оттянул её от верхней, после чего с размаху засадил содержимое руки в глотку своему собутыльнику. Вдруг я почувствовал, как под моей пятой точкой что-то закипело. Забурлило. Возгорелось. Температура набирала высоту. И тогда я увидел смерть. Увидел, будто в замедленном действии, как прямо из горла на меня поднимается струя пламени. Увернувшись в последний момент, я прямо таки почувствовал, что меня подстригли покороче.

Марк откашлялся, перевалился на бок, а затем, хоть и с неимоверными усилиями, поднялся и сел на свой стул.

- Да уж, Стёпка… Пожалуй, пора бросать это дело… С каждым разом всё тяжелее…

- Это возраст, - дружески предположил я, не рассказывая Марку о том, что вообще-то знаю, что ни один из их вида не может просто взять и бросить выпивать. Почти каждый из драконов в итоге умирает от алкогольной передозировки. – Что ж, Марк, похоже побил я тебя. Вон как ты сопел без задних ног. Так храпел, что я и хотел бы поспать, да не смог!

- Силён ты, человек. Впервые такого встречаю, и за это уважаю тебя. Уважаю, что честно бой провёл. Честно меня побил. Хотя признаться, я никогда ещё не проигрывал. Видать, талант у тебя особый. Может бог тебя в печень поцеловал?

- Может и поцеловал, да только с этим разберёмся уж в другой раз. А сейчас пакуй свои вещички и ищи себе новое место. Как договаривались.

- А я уж думал было, мы друзьями с тобой станем, - Марк пронзительно смотрел на меня. Он не отводил тяжёлого взгляда где-то с минуту, и было невозможно сказать в обиде он, или опять заснул. – Однако, договор есть договор. Можешь возвращаться к своим и сказать, что больше они меня не увидят. А я тут пока вещи соберу. К вечеру уже отчалю.

Стоя между перевёрнутым столом и стульями, среди разбросанных по полу пещеры золотых тарелок и ложек, откидывая ногами в стороны пустые бутыли, мы с драконом последний раз смерили друг друга взглядом. Потом он протянул мне лапу и я не без удовольствия её пожал. А затем мы улыбнулись, рассмеялись и обнялись напоследок. После чего я вышел из пещеры и больше никогда не встречал ни его, ни одного другого дракона.

Дорога обратно до Стиралово была совершенно лёгкой. Ещё легче, чем путь, который я проделал парой дней ранее. Хотя и с грустью, но я осознавал, что приключение подходит к концу. Все препятствия оказались пройденными и уже за спиной. Деревне больше не угрожали никакие агрессивные существа, а это означало, что жители скоро смогут вернуться к своей работе, что в свою очередь вернёт чистоту и свежесть в моих собственных вещах дома, куда я так скоро вернусь. Уже совсем близко. Я вот-вот дойду и расскажу Абдуррахману, что победил дракона и спас его подопечных. И хотя голова продолжала гудеть как надоедливый лектор в последний день учёбы, конец этого путешествия ничто не могло испортить. Кроме тягучего чёрного дыма, вившегося над индонезийской деревушкой.

Клубы я заметил задолго до того, как увидел источник. Горело всё. Каждая избушка была стоптана, снесена. Фонтан был переломлен в середине основной трубы, из который, впрочем, по-прежнему не била вода. Общая зала, предназначенная для глобальных деревенских трапез, была усыпана голыми телами жителей. Все мосты были разбиты и уничтожены, а золотое девятиэтажное здание администрации было, извините, обгажено, причём казалось, будто с невероятно большой высоты. На флагштоке здания висели лишь обрывки белой ткани.

И тут я понял, что произошло. Сперва я вспомнил, что же за ткань торчала из пасти Марка – это был флаг сочинских олимпийских игр, который дракон сожрал во время нашей пьяной прогулки. Видимо, не удержавшись от похода, два пьяных существа – а по другому нас назвать было нельзя – направились прямиком туда, куда идут все пьяные мужчины. К тёлкам. В место, где есть еда, выпивка и музыка. И так уж оказалось, что единственным населённым пунктом поблизости было Стиралово. Как лезвием по памяти ударило острое воспоминание о том, как я сказал Марку, что знаю старосту, что нам открыты все двери, что нас встретят как звёзд. И судя по всему, нас не встретили. Оскорблённые, но не униженные, мы принялись мстить на пьяную голову мерзким, как тогда казалось, обидчикам, и получившийся результат был прямо передо мной. По крайне дебильному стечению обстоятельств, спаситель деревни её уничтожил. Я сломал то, что хотел починить.

Завидев меня, несколько выживших селян во главе со старостой закричали, замахали на меня палками и в страхе стали пятиться назад. Мне показалось, что из левой ягодицы Абдуррахмана торчала моя отвёртка, которую я изначально притащил с собой, а его новенькие, блестящие синие кроссовки были порваны и покрыты сажей. В это время над горами раздался весёлый смех. Обернувшись, я увидев огромную тень, улетающую прочь и сотрясающуюся от весёлой истерики. Мысленно улыбнувшись и решив, что больше мне ничего не остаётся, кроме как плюнуть от досады, я сделал это, развернулся и поплёлся домой.

***

Вот такая история случилась со мной на тринадцатилетие. Надеюсь вас она научит тому же, чем научила и меня. Во-первых: если у вас что-то ломается, то лучше не пытайтесь починить это самостоятельно. Если, конечно, вы твёрдо не уверены в том, как это сделать. Или если вы не хотите это что-то доломать. Ну а во-вторых: никогда не напивайтесь вместе с наркоманами, ибо дорожка, на которую они вас потащат за собой, может оказаться такой скользкой, что даже они не смогут её собрать воедино, чтобы снюхать. Но самое главное, нужно опасаться «Чёрных пятниц», потому что именно они могут привести к любому из двух вышеперечисленных пунктов.

Из дневника С. М. Котски, 2007г.


Посмотрите также интересное видео на нашем YouTube канале:

Юмористический рассказ: чем опасны «чёрные пятницы»

#Рассказ #История #Дракон #Юмор
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: